Кубанский вестерн – вот что получится, если заменить ковбойскую шляпу на папаху, салун на духан, а шерифа – на атамана. Ведь страсти в казачьей станице кипят нешуточные: любовь и неверность, стрельба и проклятия, предательство и раскаяние. Страшное и смешное сплетаются в затейливый узор, как разноцветные нити в рукодельном коврике.
На сцене театра драмы зазвучит почти забытый казачий диалект – кубанская балачка. Екатеринодарский прозаик Николай Канивецкий писал свои рассказы, восхищаясь красотой её звучания и придавая ей поэтическую силу высказывания. Да вы и сами полюбуйтесь: «И кто цю прокляту горилку выдумав, клята его маты, що за ней православны люди пропадают?»

Что нарушает мирное течение казачьей жизни? Разве что грозное начальство, женское коварство да нечистая сила. Но характер у казака сильный, а сердце – доброе, и потому вероломство уступит благородству, зависть – совести, а гнев – прощению.